"Да умы́ю и аз зе́ницы се́рдца"

24.03.2021

«Силоа́м да бу́дут ми сле́зы моя́, Влады́ко Го́споди, да умы́ю и аз зе́ницы се́рдца, и ви́жду Тя, у́мна Све́та преве́чна», - поется в пятой песне четвертого дня канона преподобного Андрея Критского.

Как красив церковно-славянский язык, какие же тонкие духовные грани он передает языком высокой поэзии! В одном предложении содержится мудрость, богословие и эмоциональный заряд.

«Источником Силоам пусть будут мне слёзы мои», — просит преподобный, и вслед за ним каждый, кто читает или слушает канон, вспоминает об исцелении слепорожденного, которое произошло возле этого водоема в Иерусалиме. Мы – до тех пор слепорожденные, то есть не видим Свет Превечный, пока Господь нам не откроет глаза и пока не очистим сердце покаянием. Нелегкая, непосильная задача для человека… Вот и просим в слезах, чтобы Господь наши слезные струи претворил в воду купели, которой омыл слепец свои глаза и стал зрячим. Но если слепцу достаточно было видеть мир вокруг, то преподобному Андрею нет. Святой жаждет видеть Бога. Он просит слёзы, чтобы умыть ими зрачки глаз сердца своего!

«Зеницы сердца» в русском переводе канона звучит как «очи сердца». Но ведь зеницу ока мы храним, а не око. То есть не просто глаз, но ту самую ценную часть его, через которую человек созерцает мир, и всматриваясь в которую в другом человеке видит душу, видит глубину… Значит, мы просим, чтобы Господь слезами наших глаз омыл ту самую глубину нашего сердца, чтобы они очистили от грязи всю нашу сущность, изменили всю нашу жизнь. Потому что только так: чистым сердцем можно постичь, умственно увидеть Превечный Божественный Свет. Увидеть Бога можно только глубиной сердца и невозможно глазами, даже при самом остром зрении, и только тогда, когда этого захочет и сам человек, и Господь позволит.

Как же связаны в одну систему духовного зрения наши глаза, душа и сердце! И как же красив и точен церковно-славянский язык.